Российская общественно-правовая интернет-газета.

"Законы бесполезны как для хороших людей, так и для дурных: первые не нуждаются в законах, вторые от них не становятся лучше"
Демокрит

Преступность в Норвегии

Как хорошо известно, преступность в демократических обществах – одно из самых больших зол, где уровень ее всегда сильно превышает анологичный в тоталитарных системах. Там уже само государство берет на себя и успешно справляется с ролью преступника и конкуренцию терпеть просто не желает. Демократическое королевство Новегия занимает второе место в мире по уровню жизни. Демократические права и свободы здесь очень и очень развиты (гораздо больше, например, чем в США), но уровень преступности значительно ниже, чем в других европейских странах, и даже относительно других развитых европейских стран весьма занижен.
Любопытно узнать, не правда ли, как же норвежцам подобное удается?
Чтобы во всем разобраться, обратимся к статистике. Согласно ей подавляющее большинство всех правонарушений в Норвегии совершается мужчинами. Социологи объясняют это тем, что девочка и мальчик в силу особенностей своей психологии реагируют по разному на недостаток внимания, ласки и несправедливое к ним отношение, пережитые ими в детском возрасте. Став взрослыми, женщины начинают презирать, унижать и наказывать самих себя, а мужчины наказывают равнодушное и несправедливое общество. Однако прогресс неуклонно движет нас всех вперед и, хотя всего два года назад норвежским дамам принадлежало всего 11% всех нарушений закона, то сейчас эта цифра достигла уже 16% и продолжает неуклонно расти. Из многочисленных возможных видов нарушений слабый пол предпочитает мошенничество, подделку документов и мелкое воровство. Что же касается статистики пострадавших, то ими чаще всего становятся девушки в возрасте 16–24 лет. Половина всех преступлений совершается на рабочих местах или в учебных заведениях, четвертая часть – в частных домах или квартирах, и последняя четверть – в публичных местах и учреждениях типа транспорта, вокзалов, спорткомплексов и т.д. В подавляющем большинстве случаев преступник и жертва являются знакомыми, друзьями или родственниками. Интересно также, что женщины чаще подвержены опасности с людьми знакомыми в собственных квартирах или офисах, в то время как мужчины – в общественных местах и на улицах.
В среднем по Норвегии на каждую тысячу жителей приходится 101 преступление. Но в столичном городе Осло эта цифра намного выше – 227 нарушений закона на тысячу жителей. Разницу объясняют тем, что в крупные города стекается наиболее неустроенная и разочарованная в жизни часть общества, с низким уровнем образования и воспитания. В то же время в столицах социальный контроль за каждым гораздо слабее чем, например, в деревнях, изолированность друг от друга выше и одиноких людей много больше. Больше половины всех преступников и правонарушителей не имеют постоянной работы и столько же происходят из неблагополучных семей, 17% не окончили средней школы и 12% имеют лишь начальное образование.
Среди нарушителей первое место занимают мужчины-иностранцы неевропейского происхождения в возрасте 17–26 лет: 58 человек на 1000 жителей; их стремительно догоняют бравые парни из Восточной Европы: 51 человек на 1000 жителей; на третьем месте – мужчины – норвежцы этой же возрастной категории: 41 человек на тысячу жителей. А вот мужчины из Западной Европы ведут себя в Норвегии лучше всех остальных: всего 21 человек на тысячу жителей.
Социологи такое положение дел объясняют тем, что иностранцы из стран третьего мира обычно имеют в Норвегии более низкий уровень жизни о образования, большое количество социально-адаптационных проблем, им труднее найти работу и они ощущают на себе тщательно замаскированные в обществе дискриминацию и расизм. Восточноевропейские мужчины в Скандинавии просто представляют собой солдат с изломанной психикой, прибывших из боевых точек мира.
Преступления по своему типу можно условно разделить на преступления бедных и преступления богатых.
Бедным свойственны ограбления и бандитизм, изнасилования и инцесты, нанесения телесных повреждений, воровство и мелкая торговля наркотиками. Богатые любят заниматься подделкой денег и документов, банковскими махинациями и надувательствами, юридическими мошенничествами, торговлей экономическими секретами фирм и крупными партиями наркотиков.
Я думаю, что читателю небезынтересны статистические данные о повторении преступлений лицами, подобное уже совершавшими ранее. Так вот, после всех полицейских, общественных и юридических мер воздействия продолжают воровать 33% воров; 36% наркоманов возвращаются обратно к распространению наркотиков; 12% грабителей – к грабежам; 18% насильников – к изнасилованиям и лишь 3% граждан совершают подобные прежним дорожно-транспортные нарушения и наезды.
Подробный статистический анализ в норвежском государстве легко доступен не только через интернет, но и лежит в виде толстых справочников на самом видном месте в любой библиотеке. Именно на эти данные обязаны ссылаться политические и общественные деятели в своих докладах и законопроектах. Потому как любому ребенку в Западной Европе известно, что наиболее полный учет интересов различных групп населения в государственном законодательстве и называется демократией.
Стратегическим анализом, прогнозированием ситуаций и "управлением кризисами" (то есть использованием кризисов как инструмента достижения целей) в развитых странах Европы обычно занимаются так называемые "государственные группы стратегического анализа" – фактический мозг любого передового государства.
Что же касается лиц русской и приближенных к ней национальностей, то на самом деле какую-то особую лепту и новую страницу в криминальную статистику они еще не вписали.
В Норвегии считают, что на рост преступности влияют два фактора: чувство общественной несправедливости и недостаток доброго и хорошего воспитания. Именно эти недостатки здесь стараются компенсировать по мере сил и возможностей как в правосудии и юрисдикции, так и в системах штрафов, наказаний и тюремных заключений. Попросту говоря, пробуют воплотить в жизнь великий гуманистический принцип, сформулированный еще Блезом Паскалем: "Человека возможно наставить на путь истинный лишь тишиной, мягким, уважительным обхождением и пониманием его проблем".
А как же высокий гуманизм выглядит на деле?
В Норвегии существуют пять форм наказаний за правонарушения: письмо-предупреждение из полиции, возмещение убытков/компенсация пострадавшему, государственный штраф, условное тюремное заключение, когда приговоренный избегает заключения, если в течение определенного срока он не совершит новых правонарушений, и заключение в тюрьму.
Только 6% (113 человек) заключенных в стране – женщины. 69% всех тюремных заключений относятся к срокам до трех месяцев, 23% – от трех месяцев до одного года, 8% – от одного года и более. Всего лишь 12 человек в четырехмиллионной Норвегии осуждены на одиннадцать и более лет. В настоящее время максимальный срок наказания в стране составляет 21 год, хотя до 1964 года был всего лишь, смешно сказать, три года. Смертной казни здесь нет и никогда не было (за исключением казни пособников нацистов после войны – прим. редактора).
Тюремным заключением на значительные сроки караются за увечья и убийства, особо крупные экономические преступления (например, контрабанда и распространение больших партий наркотиков) и ряд преступлений против государственной безопасности. Для лиц, не достигших 18 лет, государством предусмотрена такая мера как два года "испытательного присмотра". Правонарушителей в этом возрасте можно отправить в тюрьму только за очень серьезные прсетупления, но наказания для них всегда на порядок мягче, чем для взрослых. На практике полиция и суд разбираются только в случаях особо тяжких преступлений, а во всех остальных дела отправляются из полиции в местную коммуну, в отдел, где работают психологи и социологи, к которым правонарушителям и предстоит регулярно являться для проведения социальной "терапии". При коммунах действуют также дневные и вечерние курсы "социальной интеллигентности", впрочем, как и многие другие, вплоть до бальных танцев. Все, без исключения, лица, нарушившие закон, в обязательном порядке должны пройти эти довольно длинные курсы по социальной интеллигентности, морали и этике и сдать достаточно серьезные экзамены по предметам типа: "Правильное разрешение конфликтных ситуаций", "Снятие стрессов и эмоциональной напряженности", "Грамотное общение и взаимодействие с окружающими" и т.д.
Вот таким образом Норвегия пытается разрешить извечную этическую дилемму, где с одной стороны общество желает защитить себя от криминальных элементов, а с другой стороны признает, что эти "элементы" возникают на базе серьезнейших социальных проблем, в большинстве случаев имеют небезосновательные претензии к обществу и остро нуждаются в социальной адаптации и реабилитации.
Любые наказания, убеждены скандинавы, опасны тем, что они всегда ощущаются как зло и насилие; а зло, как известно, способно порождать лишь самое себя. На практике сама тюремная система чаще всего и порождает наиболее злостных, опасных, упорных и изворотливых бандитов. Потому-то в стране по отношению к преступникам практикуется концепция дополнительного социально-этического воспитания.
Норвежские тюрьмы являют собой некую удивительную не только для россиян, но и для американцев, смесь высшего учебного заведения, передового кооперативного хозяйства и горнолыжного санатория. Камеры очень похожи на небольшие молодежные квартиры: одна комнатка, маленькая кухня, душевая с туалетом, в наличии телевизор и радио, на полках стоят книги, на окнах висят яркие занавески, на стенах – репродукции картин.
Заключенные много учатся, чтобы заполнить пробелы в своем образовании.
К тюремным зданиям обычно прилегают цветущие сады, ухоженные огороды и парники; сверхсовременные фермы и мастерские, оборудованные компьютерной техникой последних моделей. Коллектив из криминальных элементов функционирует как маленькое сообщество, весьма довольное собой. Всего лишь одна, важная для полной гармонии существования деталь здесь отсутствует: уйти из этого цветущего "рая" по собственному желанию нельзя, – в этом и заключается наказание.
Питание в норвежских тюрьмах, как и в норвежской армии, организовано по принципу "шведского стола" и выбор блюд – как в хорошем ресторане. Созданы все условия для занятий всевозможными видами спорта. Даже в горы для занятий слаломом желающие заключенные регулярно отправляются с инструкторами.
На первый взгляд кажется, что при таких вольготных условиях исполнения наказания бояться преступникам вобщем-то нечего, но, несмотря на это, уровень преступности в Норвегии, как и во всей Скандинавии, остается невысоким. Огромную роль в этом, несомненно, играет система социальной защиты безработных, больных, молодежи, особая политика в отношении наркоманов и пьяниц, в судьбе которых государство принимает самое активное участие, а также – профилактическая работа в среде подрастающего поколения, на которую государство не жалеет никаких средств.
И еще один немаловажный факт.
Норвежцы всегда были свободными и справедливыми людьми, хозяевами на своей земле. Они привыкли жить по однажды установленным правилам, которые являются общими для всех – для миллиардеров, королевской семьи, политиков и чиновников, простых людей. Ответственность перед законом несут все. Наказание неотвратимо. От него не скроешься, не откупишься. Общественным мнением здесь дорожат, так как оно приобретается здесь не за деньги. Поэтому решаются на преступление в Норвегии лишь отъявленные негодяи или безумцы.



Наталья Копсова,
Осло